Умышленные преступления

Правовая основа: что говорит статья 25 УК РФ

Согласно ч. 1 ст. 25 УК РФ, умышленными признаются деяния, совершённые с прямым или косвенным умыслом.

Прямой умысел (ч. 2 ст. 25 УК РФ) – лицо:

• осознавало общественную опасность своих действий (бездействия);
• предвидело возможность или неизбежность наступления общественно опасных последствий;
• желало их наступления.

Косвенный умысел (ч. 3 ст. 25 УК РФ) – лицо:

• осознавало общественную опасность своих действий (бездействия);
• предвидело возможность наступления общественно опасных последствий;
• не желало, но сознательно допускало их наступление либо относилось к ним безразлично.

Таким образом, в обоих случаях лицо осознаёт опасность своих действий. Разграничение проходит по двум линиям: предвидение последствий и волевое отношение к ним.

Интеллектуальный момент: «возможность» против «неизбежности»

Ключевое различие в интеллектуальном моменте – степень определённости предвидения.

«Неизбежность» при прямом умысле означает, что лицо убеждено: необходимые ему последствия закономерно наступят в результате его действия (бездействия). Такое предвидение носит определённый характер и исключает разумную возможность ненаступления последствий.

«Возможность» при косвенном умысле означает, что в данных конкретных обстоятельствах мыслимые последствия могут наступить, а могут и не наступить — поскольку помимо действий лица одновременно действуют и иные факторы, способные воспрепятствовать наступлению вреда.

Важно: прямой умысел тоже может выражаться в предвидении возможности последствий – «возможность» и «неизбежность» в ч. 2 ст. 25 указаны альтернативно. Но и в этом случае водораздел остаётся в волевом моменте.

В доктрине отмечается, что определённость предвидения (направленность умысла) – типичный признак конкретизированного прямого умысла: лицо не просто предвидит последствия, а уверено в их закономерном наступлении и связывает это с достижением своей цели.

Волевой момент: «желание» против «сознательного допущения»

Волевой момент – решающий критерий разграничения.

«Желание» при прямом умысле означает, что общественно опасные последствия являются целью лица либо необходимым сопутствующим результатом достижения его цели, который лицо принимает. Желание – активное, целенаправленное волевое отношение.

«Сознательное допущение» при косвенном умысле означает, что, хотя прямой заинтересованности в наступлении последствий у лица нет, присутствует внутреннее принятие этих последствий, согласие на их наступление. Иными словами, последствия не являются целью, но выступают приемлемым «побочным продуктом» достижения иной цели.

«Безразличие» как вторая форма волевого отношения при косвенном умысле дополняет его характеристику, хотя в доктрине продолжается дискуссия о том, является ли безразличие самостоятельным волевым отношением.

Практическое значение разграничения

Разграничение прямого и косвенного умысла имеет важное практическое значение для квалификации и назначения наказания.

Во-первых, приготовление и покушение возможны только с прямым умыслом: при косвенном умысле лицо не стремится к последствиям, а значит, не может ни готовиться к ним, ни пытаться их достичь.

Во-вторых, большинство формальных составов может быть совершено только с прямым умыслом, поскольку формальный состав не включает общественно опасные последствия как обязательный признак, а волевой момент косвенного умысла как раз направлен на последствия и с конструкцией формального состава несовместим.

В-третьих, степень вины при прямом умысле выше, чем при косвенном; это различие влияет на оценку общественной опасности личности виновного и должно учитываться при назначении наказания.

Иные классификации умысла в теории

Помимо законодательного деления на прямой и косвенный, теория уголовного права выделяет и другие основания классификации умысла:

• Определённый и неопределённый умысел: в первом случае лицо имеет конкретное, чёткое представление о последствиях, во втором — лишь обобщённое. Неопределённый умысел далее подразделяется, в частности, на альтернативный.
• Заранее обдуманный и внезапно возникший умысел: деление по времени возникновения умысла. В литературе отмечается, что, например, при хищении с использованием служебного положения умысел, как правило, является заранее обдуманным.

Эти классификации не создают новых, самостоятельных по отношению к прямому и косвенному умыслу видов, а лишь детализируют психическое отношение лица к деянию и его последствиям в иных измерениях.

Языковая игра: «умысел – замысел – вымысел»

В юридической среде и публичной речи существует устойчивая языковая игра, построенная на однокоренных словах с корнем -мысл-: умысел, замысел, промысел, вымысел, домысел. Она встречается в разных вариантах.

Учебный вариант

В учебных материалах по русскому языку приводится шутка, построенная на том же корне:

Замысел без смысла — вымысел, а вымысел без смысла — умысел.

Здесь вместо «умысла» в первой части стоит «смысл», но структура остаётся той же: игра строится на общем корне -мысл-.

Вариант В. Христенко (июнь 1998 года)

Наиболее известный вариант принадлежит государственному деятелю Виктору Борисовичу Христенко. В июне 1998 года, комментируя утверждение о том, что предприниматели якобы намеревались заработать на финансовом кризисе, он выстроил целую цепочку однокоренных слов:

«В этом есть умысел. А то, что за этим стоит замысел, — это миф. Такой уж у них промысел, у предприимчивых людей. Отсюда и умысел. А то, что у них есть какой-то замысел, так это чистый вымысел. Или, если угодно, домысел».

Эта фраза в учебных материалах по русскому языку приводится как классический пример нагромождения однокоренных слов, создающего комический эффект.

Сетевые вариации

В русскоязычных конкурсах афоризмов встречаются и другие варианты той же игры:

• «Замысел без умысла называется вымыслом» (запись 2004 года).
• «Замысел с умыслом называется помысел, а помысел без умысла называется домыслом».

Значение для юридической практики

Эта языковая игра хорошо иллюстрирует разницу между юридическим и бытовым пониманием умысла:

• в праве «умысел» – строго определённая конструкция (осознание + предвидение + желание или допущение);
• в публичной речи «умысел» – просто слово, которое можно обыграть с любым другим однокоренным словом.

Для следователя эта игра слов имеет и практический смысл: если лицо говорит о наличии умысла, но не может объяснить замысел (цель, план), его показания могут оказаться вымыслом.

Список литературы

I. Классические монографии и специальные исследования

1. Дагель П.С., Котов Д.П. Субъективная сторона преступления и ее установление. – Воронеж: Изд-во Воронежского университета, 1974. – 242 с.
2. Злобин Г.А., Никифоров Б.С. Умысел и его формы. – М.: Юридическая литература, 1972. – 264 с.
3. Хилюта В.В. Виды умысла в уголовном праве: вопросы квалификации. – М.: Проспект.

II. О дискуссии «цель и умысел»

4. Позиция А.И. Рарога (цит. по источнику [5]).
5. Позиция Р.И. Михеева (цит. по источнику [5]).

III. Научные статьи последних лет (2019—2024)

6. Ширяев А.Ю. Об онтологическом статусе некоторых уголовно-правовых понятий: Опыт деконструкции умышленной вины // Российское право: образование, практика, наука. — 2019. — № 2 (110). — С. 36—42.
7. Дубовиченко С.В. Умышленная форма вины в уголовном праве. — Москва: Проспект, 2021. — 214 с.
8. Хилюта В.В. Сложности квалификации преступлений при установлении альтернативного и неопределенного видов умысла // Lex russica. – 2022. – Т. 75, № 6. – С. 97-108.
9. Муромцев А.М. К вопросу о сущности умышленной формы вины // Наука. Общество. Государство. – 2020. – Т. 8, № 3. – С. 137-143.

IV. Учебники и комментарии

10. Боровиков В.Б., Смердов А.А. Уголовное право. Общая часть: учебник для вузов. — 7-е изд. — М.: Юрайт, 2024. — 268 с.
11. Козаченко И.Я., Новоселов Г.П. Уголовное право. Общая часть: учебник для вузов. — 6-е изд. — М.: Юрайт, 2024. — 430 с.
12. Комментарий к Уголовному кодексу РФ. В 4 т. Т. 1. Общая часть / отв. ред. В.М. Лебедев. — М.: Юрайт.